Феофан Грек биография кратко иконописец

Феофан Грек биография кратко иконописец

На фото: Уцелевшие фрагменты Феофановых росписей в алтаре церкви Спаса на Ильине улице в Новгороде.

 Успение Пресвятой Богородицы. Икона написана на обороте Донского образа Божией Матери. Предполагается, что эту «двойную» икону создал Феофан Грек, но доказательств тому, кроме данных стилистического анализа, исследователи не имеют.

Росписи Спасской церкви являются единственным «задокументированным» произведением Феофана Грека. Известно, что «подписал» он более сорока церквей, создал множество икон, а также трудился на поприще книжной миниатюры. Но фрески его нигде, кроме Новгорода, не сохранились, книги, украшенные им, утрачены все, а об иконах осторожные искусствоведы предпочитают говорить как о принадлежащих кисти «мастера Феофанова круга».

Уцелевшие факты биографии Феофана Грека столь же скудны, как и крупицы его наследия. Знаем, что родился он где-то в Византии (отсюда и прозвание — Грек) приблизительно в 1340 году. До прихода на Русь (о том, при каких обстоятельствах это произошло, — чуть позже) он успел поработать в Константинополе, Халкидоне, Галате и Кафе (современная Феодосия). Эти сведения мы почерпаем из письма агиографа и книжника Епифания Премудрого, адресованного архимандриту тверского Афанасьева монастыря Кириллу, — в сущности, единственного источника, приоткрывающего нам хоть какие-то подробности жизни Феофана. Вполне возможно, что побывал изограф также на Афоне, где и усвоил учение исихастов о нетварном свете, оказавшее столь решительное воздействие на его творчество.

Феофан Грек - человек митрополита Киприана

Общепринятая версия гласит, что на Русь Феофан Грек прибыл или по приглашению митрополита Киприана, или даже в его свите. Мы не имеем возможности подробно останавливаться на фигуре этого деятеля — скажем лишь, что роль его столь же важна в истории Русской Церкви, сколь и неоднозначна.

Киприан явился на Русь в качестве «личного представителя» Патриарха Константинопольского Филофея в 1373 году и был им как бы заранее «назначен» в митрополиты Московские — хотя митрополит Алексий, занимавший святительский престол, еще здравствовал. Историк Церкви А. В. Карташев комментирует эту ситуацию так:

«Каким образом он (Киприан) очутился на кафедре русской митрополии при живом митрополите, это уже объясняется его личными дипломатическими способностями и излишне гибким моральным поведением Константинопольской Патриархии».

Поначалу обстоятельства складывались неблагоприятным для Киприана образом. Даже после смерти митрополита Алексия (в 1378 году) москвичи не готовы были рассматривать грека (то есть, вообще-то, серба по происхождению) Киприана как сколько-нибудь терпимого претендента на митрополичью кафедру. И, соответственно, «его людей» тоже не жаждали видеть в Москве.

 Архангельский собор Московского Кремля (1505— / 508). Над росписями в его предшественнике, выстроенном при Иване Калите, потрудился Феофан Грек.

Возможно, именно поэтому Феофан Грек в конце 1370-х годов находился в Новгороде. Будучи вторым по значению кафедральным городом после Москвы (если говорить о Северо-Восточной Руси), Новгород являлся и важным политическим центром. И Киприан не мог не желать упрочения своего влияния здесь — раз уж до Москвы «дотянуться» пока не мог.

В описании Епифания Премудрого Феофан Грек предстает как «живописец изящный во иконописцех» и «преславный мудрок, зело философ хитр». То есть не только как художник, но и как богослов. И есть основания полагать, что самая роспись Феофана в церкви Спаса на Ильине улице имела программное значение в контексте полемики между Киприаном и его противниками. Ведь монументальное искусство в ту эпоху имело колоссальное влияние на умы — заменяя собой все нынешние СМИ вместе взятые.

Работы Феофана Грека

Что происходило в жизни Феофана Грека в 1380-е годы и где он «привитал» — о том, увы, мы сказать не можем. Возможно, выполнив в 1378 году росписи в Спасской церкви Новгорода, мастер еще какое-то оставался здесь. Некоторые исследователи «посылают» его на эти несколько лет в Нижний Новгород, Серпухов и Коломну (опираясь отчасти на упомянутое нами письмо Епифания Премудрого и иные косвенные источники). Как бы то ни было, в начале 1390-х годов Феофан прибывает в Москву и разворачивает здесь бурную деятельность.

У Епифания читаем:

«На Москве три церкви подписаны (Феофаном): Благовещения Святыя Богородицы, Михаиле святый, одну же на Москве (имеется в виду, очевидно, храм Рождества Пресвятой Богородицы, выстроенный по указанию великой княгини Евдокии). В Михаиле святом (в Архангельском соборе Московского Кремля) на стене написа град... у князя Владимира Андреевича в камене стене саму Москву такоже написавый; терем у князя великого незнаемою подписью и страннолепно подписаны; и в каменной церкви во святом Благовещении корень Иессеев и Апоколипьсий также исписавый».

 Миниатюра из Лицевого летописного свода, иллюстрирующая работу Феофана в Архангельском соборе Московского Кремля.

Ничто из этих творений не уцелело.

Безусловно, вызывает интерес сообщение о росписях, выполненных Феофаном в тереме «князя великого». Интересно, к каким сюжетам счел возможным обратиться изограф, работая для «мирского» заказчика? Часто высказывается предположение — на наш взгляд, правдоподобное, — что то могли быть аллегории, которых московиты той эпохи еще не видывали, почему Епифаний и называет «подпись» великокняжеского терема «незнаемой» и «страннолепной», то есть «необычайной». В пользу этого соображения говорит тот факт, что в свой «дорусский» период Феофан работал в Галате, генуэзском предместье Константинополя, и Кафе, которой также тогда владела Генуя. Там аллегорические росписи уже имели широкое распространение.

Роспись Благовещенской церкви в Кремле - последняя работа Феофана Грека в Москве

 «Преображение Господне» (ок. 1403) из собрания Третьяковской галереи. Заподозрить принадлежность этой иконы кисти Феофана Грека заставляет не только стиль, но и сюжет, основополагающий в учении Григория Паламы о нетварном свете. На горе Фавор, как говорит богослов, апостолы увидели нетварную славу Божества — «сам сверхразумный и неприступный свет, свет небесный, необъятный, надвременный, вечный, свет, сияющий нетлением». И этот свет могут узреть те, кто достиг обджения путем непрестанной Иисусовой молитвы.

Последней московской работой Феофана Епифаний называет роспись Благовещенской церкви в Кремле. Над ней мастер трудился совместно со старцем Прохором из Городца и Андреем Рублевым. Причем, конечно, Феофан в данном случае являлся главой «артели». Имя его стоит в соответствующей летописной записи на первом месте. В Благовещенском храме, как мы помним, Феофан написал композиции «Апокалипсис» и «Корень Иессеев» (сюжет, дотоле не встречавшийся в русской иконописи, да и впоследствии не слишком «популярный»). Росписи, созданные в 1405 году, недолго украшали Благовещенский храм: в 1416 году его полностью перестроили, а в 1485— 1489 годах возвели существующий ныне Благовещенский собор. Но память о фресках Феофана не исчезла. В середине XVI века «Апокалипсис» и «Корень Иессеев» вновь «проявились» на стенах собора — как дань уважения великому мастеру.

Существует также традиция приписывать Феофану иконы деисисного чина из иконостаса Благовещенского собора. Во всяком случае, по времени и высочайшему уровню исполнения они вполне «подходят» нашему герою.

Почерк мастера

Стиль работы Феофана разительно отличался от привычных «норм» того времени. Мы уже мельком говорили о своеобразии его мазка и колорита, об удивительных «пробелах», теперь же заглянем в его мастерскую — благо стараниями Епифания Премудрого у нас есть такая возможность.

Епифаний писал — с благоговейным удивлением — о Феофановом методе (текст даем в осовремененном пересказе):

«Когда он рисовал или писал, то никогда никто не видел его взирающим на образцы, как то делают некоторые наши иконописцы, в недоумении переводящие взгляд туда-сюда, так что больше не пишут, а на образцы смотрят. Он же, казалось, руками писал, а ногами беспрестанно переходил с места на место; языком беседовал с приходящими, а умом обдумывал высокое и мудрое... Так и я, недостойный, — прибавляет смиренно Епифаний, — часто ходил на беседу к нему, ибо всегда любил с ним говорить».

Непонятно, как долго продолжались «собеседования» Епифания с Феофаном. Русский книжник ничего не говорит об обстоятельствах смерти (или отъезда?) иконописца. Принято считать, что Феофан умер около 1410 года. Но где он встретил свою смерть? В Москве ли? А быть может, пожелал возвратиться в Константинополь? Очевидно только, что в первой половине 1410-х годов, когда Епифаний сочинял свое послание к архимандриту Кириллу, Феофана в Москве уже не было.

Феофан Грек - насколько выдающаяся личность России - настолько же и загадочная.


Саша Митрахович 10.04.2017 21:14

Поделиться с друзьями:

Коментарии: (0)

Вы можете оставить первый комментарий к статье

Каптча

Новые посты

Это интересно

Загрузка...