Митрополит Филофей Лещинский

Митрополит Филофей Лещинский

За время своего архипастырства митрополит Филофей (Лещинский) отстроил в Сибири 288 церквей и 37 монастырей, крестил до сорока тысяч язычников. Почти всю свою «сибирскую жизнь» он провел в поездках по отдаленным уголкам необъятной Тобольской митрополии, лично участвуя в просвещении коренных народов Сибири.

Раждение Филофея

Иерарх, которому предстояло воевать с идолами в глухой Сибирской стороне, появился на свет в 1650 году в Малороссии, в небогатой дворянской семье Лещинских. Не ведали тогда какую личность России выпускают в свет родители Филовея.

Скудость «наследственных средств» и, вероятно, благочестивое умонастроение определили путь дворянского отпрыска. Окончив Киевскую духовную академию, он женился и стал священником. Семейная жизнь иерея продлилась недолго: жена умерла. Овдовев, он принял постриг в Киево-Печерской Лавре с именем Филофей, и уже в эту пору явил себя достойным наследником древних подвижников, проводя время в посте и молитве. Вскоре мы уже обнаруживаем его лаврским экономом.

В 1701 году отца Филофея назначили наместником брянского Свенского монастыря с оставлением в должности эконома Киево-Печерской Лавры. Пребывание в Свенском монастыре не оставило, однако, серьезного следа в биографии будущего святителя, так как продлилось всего год. В 1702 году состоялась его архиерейская хиротония. Ее совершили митрополиты Димитрий (Туптало), Стефан (Яворский) и Парфений (Небоза). Посвященный во епископа Сибирского и Тобольского с возведением в сан митрополита, Филофей покинул привычный ему круг забот и отправился «в Сибирския страны», о которых доселе он, должно быть, мало что знал.

Филофей - назначение митрополитом Тобольским

По замыслу Петра I и Стефана (Яворского), митрополитом Тобольским должен был стать Димитрий (Туптало), «российский Златоуст», как называли его. Петр всерьез озаботился христианской миссией среди коренных народов Сибири и справедливо полагал, что митрополит Димитрий, обладая выдающимся проповедническим даром, выведет ее на новый уровень. Но тот серьезно занемог, и пришлось искать новую кандидатуру.

Тобольская митрополия охватывала в описываемый период территорию от Северного Ледовитого океана до Китая и от Урала до Камчатки. Вот на этом-то пространстве и предстояло митрополиту Филофею сеять семена христианской веры.

То, что увидел он, добравшись с немалыми трудами до Тобольска, обескуражило его:

«В церквах Божиих обрел великое нестроение, а какое, нелепо есть и писанию предати. Чинится то за великою простотою и нищетою священников».

Дабы исправить «великую простоту» сибирского духовенства, митрополит Филофей завел в Тобольске Славяно-латинскую школу для детей духовного звания. Преподавать в ней он призвал образованных киевских монахов.

Нельзя было откладывать в долгий ящик и миссионерскую работу. В 1704 году святитель снарядил первую — неудачную — миссию из двух монахов в Монголию. На другой год из Тобольска на Камчатку отправилась более счастливая миссия под руководством архимандрита Мартиниана, которому удалось окрестить изрядное число камчадалов. Сам митрополит в это время выстраивал отношения с остяцкими князьками, надеясь, что они, будучи крещены, окажут содействие в просвещении своего народа.

Борьба митрополита Филофея с «русским язычеством»

С остяками, однако, дело обстояло не так просто. Приверженность к отеческой вере (т. е. к шаманизму и идолопоклонничеству) в них обнаружилась чрезвычайная. В 1707 году священники, посланные митрополитом Филофеем к остякам, вернулись практически ни с чем. Креститься пожелали весьма немногие из аборигенов, миссионеров встречали с ожесточением, несмотря на царскую щедрость к «потенциальным христианам» (пожелавшим креститься прощались все недоимки по ясаку, выдавали из казны кафтаны, рубахи и хлеб).

Упорство остяков понять где-то можно, ибо, согласно царскому указу, миссионеры должны были «все кумиры и кумирницы, где только будут найдены, сожигать и истреблять». Нет никакого сомнения в том, что так они и поступали, и дым горящих идолов застил остякам свет Христова лика. Вспомним, что и новгородцы сожалели некогда о Перуне, утопленном в Волхове.

Иных, должно быть, останавливала в желании креститься (хотя бы с целью получить новое платье) боязнь оказаться изгоями. А иные опасались и прямой мести со стороны соплеменников, которая иногда бывала чрезвычайно свирепа и изобретательна. Вот, например, как поступили остяки-язычники с двумя новокрещеными христианами в Ля-пинской волости Березовского уезда: «Двух человек убили до смерти, и над теми убиенными надругалися, груди спороли и тайные уды отрезали и им клали в уста».

Ничуть не кротче по отношению к изменникам вере предков вели себя и самоеды. Уже в начале 1720-х годов по Березовскому уезду прокатилась волна антихристианских погромов. Все они происходили примерно одинаковым образом: язычники жгли и грабили деревянные церкви, убивали новокрещеных, а трупы их увечили почти до неузнаваемости. Над иконами и крестами они также учиняли «расправы»: привязывали их к нартам и волочили по земле.

Постепенно война против «нового Бога» сошла на нет, но языческие верования еще долго сохраняли свою власть над коренным населением Сибири. Бытуют они кое-где и сейчас — отчасти как некий способ национальной самоидентификации. На заре XX века уважаемый энциклопедический словарь Брокгауза и Ефрона кратко сообщал:

«Остяки считаются христианами, носят кресты и имеют образа, но сохранили еще и прежние, языческие верования, в смешении с христианскими».

Митрополит Филофей удаляется в Троицкий монастырь Тюмени

Непосильные труды подкосили здоровье митрополита Филофея. Заболев, он удалился в тюменский Троицкий монастырь и принял постриг в схиму с именем Феодор. На его место во главе Тобольской митрополии заступил святитель Иоанн Тобольский (Максимович). Схимитрополит надеялся прожить остаток своих дней в стенах монастыря и собирался даже уехать в Киево-Печерскую Лавру, где когда-то начал свой монашеский путь. Но Господь расположил по-другому.

В 1712 году свт. Филофей поправился настолько, что счел необходимым исполнить указ Петра I, еще в 1710 году повелевшего ему лично отправиться на проповедь среди остяков и вогул (манси). В июне 1712 года миссионерская экспедиция, сопровождаемая дюжиной казаков для охраны и снабженная от властей двумя тысячами рублей для одаривания «новокрещенцев», отправилась на гребном судне к березовским остякам. Местным властям предписывалось оказывать миссионерам всяческое содействие — в частности, «собирать инородцев в приречные места».

В ходе поездок 1712—1713 годов миссионеры во главе со святителем крестили три с половиной тысячи остяков, но некоторые из них были столь упорны, что предпочли бежать в тундру.

В 1714 году схимитрополит Феодор «для удобнейшего распространения христианства в обширном Березовском крае... прежде всех присоединил к Святой Церкви» представителей остяцкой знати — так называемых «князьков». Видя это, простецы «принимали крещение без сопротивления».

Известную трудность представляла теперь лишь христианизация наиболее «диких» остяков и самоедов, живших за Обдорском (нынешний Салехард). Даже приезд самого святителя Филофея в Обдорск не поколебал язычников, и его «не допустили даже сойти на берег». Именно обдорские самоеды впоследствии устраивали наиболее яростные антихристианские «рейды».

Возвращение на митрополита Филофея

В 1715 году, после смерти митрополита Иоанна (Максимовича), свт. Филофею вновь пришлось принять на себя бремя управления епархией. Но в 1721 году он опять удалился в Троицкий монастырь — теперь-то, думалось ему, навсегда. Он мог быть спокоен: миссионерскую работу продолжали его соратники и воспитанники. Тем не менее за год до смерти старцу пришлось еще раз покинуть стены обители и отправиться в дальнее путешествие к обдорским остякам.

Смерть митрополита Филофея

Скончался святитель 31 мая 1727 года, завещав похоронить себя в соборе Троицкого монастыря против входа:

«дабы мимоходящие попирали прах ногами».

Кроткий и не тщеславный митрополит-схимник был любим верующими еще при жизни, а когда он умер, память о нем быстро приобрела те черты, которые свойственны памяти о святом человеке. Могила святителя, отмеченная мраморным надгробием, почиталась в Троицком монастыре, на ней часто служили панихиды.

В 1923 году обитель закрыли, причем, согласно официальной версии, мощи и мантия митрополита Филофея были сожжены. Только в 1990-е годы удалось обнаружить документ, опровергший сведения об уничтожении святых мощей. И, естественно, возникло желание отыскать их.

Первую подобную попытку предприняли в 2000 году, после возрождения Троицкого монастыря, но монахов ждало разочарование: склеп против западных дверей собора оказался пуст. В 2003 году появилась новая зацепка: наместнику монастыря передали завещание священника, принимавшего последнюю исповедь у человека, тайно перезахоронившего останки свт. Филофея. В нем говорилось, что находятся мощи у левой колонны тюменского Вознесенско-Георгиевского храма — к счастью, не разрушенного в советские годы. Трудность состояла в том, что в храме была не одна левая колонна, и поэтому в следующие несколько лет поиски ничего не дали.

Гроб свт. Филофея обнаружили «случайно» в 2006 году. Рабочие, укреплявшие фундамент, наткнулись на кирпичный склеп, в котором и находился гроб, столь долго разыскиваемый тюменцами. Экспертиза подтвердила, что тело, находящееся в нем, действительно принадлежит митрополиту Филофею, и мощи перенесли в Свято-Троицкий монастырь — к великой радости братии и паломников. За неуёмные труды свои стал Святым Русским митрополит Филофей.


Саша Митрахович 24.02.2017 12:31
Загрузка...

Поделиться с друзьями:

Коментарии: (0)

Вы можете оставить первый комментарий к статье

Каптча

Новые посты

Это интересно

Loading...