Воскресенский храм Волоколамска внутри

Внутрь Воскресенского храма Волоколамска ведет ныне один-единственный вход — через нижний ярус колокольни. Довольно узкий арочный проем соединяет колокольню с западной пристройкой к храму, в которой устроена широкая, во всю пристройку, лестница — на высоту подклета. Снаружи ее можно опознать по окнам: нижние обозначают среднюю часть лестницы, а верхние — ее верхнюю площадку.

Тут — снова арочный проем, забранный перегородкой с деревянной дверью некоего «дачного», то есть современно-функционального типа. В пристройке светло — шести окон для этого за глаза хватает. Светло, благодаря многочисленным окнам (два света основного четверика плюс световой барабан), и в самом храме.

Светло и как-то пустынно, голо. Немудрено — абсолютно голые белые стены, бедный трехъярусный иконостас, столь же бедные иконы. Всюду следы гордой бедности, а может быть, еще и последствия совместного музейно-церковного владения зданием.

Сохранились дореволюционные фотографии интерьера Воскресенского собора — они представляют разительный контраст с днем нынешним. Красивый резной иконостас выше, «пышнее» и торжественнее сегодняшнего, росписи (пусть и XIX века!) на стенах... это был действительно дом молитвы, и не случайно в нем «вырос» в начале XX столетия «свой» святой — священномученик Николай Цветков.

Но нет худа без добра — ничто не отвлекает от «искусствоведческой» оценки соборного интерьера. Впрочем, тут все достаточно просто и знакомо: четыре столпа делят пространство храма на три нефа, причем боковые нефы значительно уже центрального; к восточным столпам примыкает иконостас, отделяющий алтарную часть; в центре — подкупольный квадрат.

Переход от светового барабана к столпам осуществляется с помощью парусов и уступчатых арок. Арок в храме много, но это ведь тоже едва ли не принцип, часто лежащий в основе внутренней структуры древних храмов. В Воскресенском соборе эта древность как бы подчеркнута тем, что арки здесь имеют неровные, «неклассические» очертания.

Новые росписи, стилизованные под работы великого Дионисия, волоколамскому соборному храму явно бы не помешали.